КАМАЗ — ЭТО КЛАСС!

Илья Шварцбург

Я летел в Набережные Челны на встречу с триумфаторами ралли-марафона «Телефоника — Дакар 2003». Собирался взять интервью у бессменного руководителя команды «КамАЗ-Мастер» Семена Якубова, а попал… на бал. В прямом смысле этого слова: в городе готовились торжественно чествовать героев Дакара. В подготовке были задействованы все участники команды, а не только те, кто стартовал в новогоднюю ночь в Париже. Торжества наметили на 11-12 февраля, работы у ребят было невпроворот: спали по 3-4 часа в сутки — ну просто боевой режим. Поэтому все наши разговоры с Якубовым и победителями гонки Володей Чагиным и Фирдаусом Кабировым проходили, в основном, «в дорожном режиме» — в машине, в цехе, за обеденным столом.

Илья Шварцбург: — Известный француз, двукратный победитель Дакаров и нынешний ваш партнер Жорж Груан высказал интересную, на мой взгляд, мысль. Он сравнил камазовские грузовики с Ferrari в Формуле 1, а вас — со спортивным директором Ferrari Team Жаном Тодтом. Продолжая этот ассоциативный ряд, скажу, что вы, подобно Моисею, уже почти 15 лет водите свою команду по пустыням. Правда, евреям понадобилось 40 лет, чтобы постичь высшую мудрость. Сумели ли вы хотя бы приблизиться к ее осознанию, или этот вопрос надо задать через 25 лет?
Семен Якубов: — Ну и сравнение! Хотя 15 лет — срок немалый. За эти годы я понял главное: все дело в людях. Правильно подобрать команду, поставить высокую, хотя и трудно достижимую цель — вот задача из задач!

— Вроде бы недавно все началось, а за плечами уже 15-летняя биография команды. Как возникла идея участия в ралли-марафонах?
— Работая на КамАЗе, многие из нас занимались автомобильным спортом. Начальство гонщиков поддерживало, но никаких амбициозных планов у нас не было, наша вершина — чемпионат страны. Но однажды Фирдаус Кабиров обронил мысль: «А что, если Дакар?» Решили «двигать» эту идею. Мечтали попасть хотя бы в заявочный протокол знаменитого ралли, просто стартовать в нем. Это уже был бы успех, повод гордиться. Мечта исполнилась в 1990-м. Стартовали, но радость быстро кончилась: почти сразу потеряли все три грузовика. Облом был по полной программе. Готовы были сгореть от стыда. Но домой не поехали, а пролетели всю трассу марафона на самолетах — от бивуака к бивуаку. И даже в таком режиме ощутили всю тяжесть гонки. И поняли, что надо делать в следующий раз.

— Зато в 91-м вы «отыгрались» полностью. Газеты тогда писали о «тайном оружии русских».
— Да, мы заняли второе и третье место. А тайное оружие… Его не было, была другая тактика ведения гонки. Она заключалась в том, что каждый из двух боевых экипажей не должен биться с соперниками поодиночке: в гонке надо всегда дожидаться «напарника». И все время этот замысел с трудом, но воплощался. Хотя оба боевых пилота, знаменитые Владимир Гольцов и Йоал Тамека, с такой установкой были не согласны. Они считали, что каждый должен сражаться в одиночку, пытаясь достичь максимального результата. Споры закончились, когда в ходе гонки начались поломки. Будь пилоты «одиночками» — сошли бы оба. А так, помогая друг другу, дошли до финиша. Ну а ехавшие «сами по себе» несли потери: сошел знаменитый Perlini, сломалась Tatra.

— Володя, ты пилот самого быстрого грузовика Дакара. А где «учат» такой профессии, как ты стал гонщиком?
Владимир Чагин: — Я стартовал в самом первом нашем Дакаре, в 90-м. Правда, тогда я был механиком в экипаже Володи Марченкова. Именно тогда начались мои «университеты». Нет ничего обиднее для механика, чем сход машины по техническим причинам. Но это был и опыт: неприятный, трудный, но опыт. А каждый выезд на гонки этот опыт увеличивал, переплавлял в мастерство. А «в руль» меня посадил Семен Семенович. Ведь все мы не просто механики, а механики-водители, готовые в любой момент выручить своего пилота. Штурманы тоже могут «рулить», но они особая каста, у них своя, особо значимая работа, и их не заменишь.

— Когда ты понял, что до победного финиша последнего Дакара осталось совсем немного — три этапа, — не появилось ли чувство эйфории?
— Э, нет! Как раз наоборот — появилась еще большая собранность. Вот только машину стал больше беречь: не дай Бог, что сломается.

— Не поддался отчаянию, когда, преследуемый Де Роем, порвал камнями покрышку?
— Какое там! Колесо заменили так быстро, что Де Рой даже и не узнал о нашей беде: когда он добрался до этого места, мы уже были далеко.

— Фирдаус, ты блестяще построил стратегию и тактику этой гонки, сумев отодвинуть на четвертое место «самого» грозного Де Роя-старшего. Твое третье место — это тоже победа. Но, извини, твой внешний облик как-то слабо ассоциируется с образом пилота такого огромного, мощного грузовика.
Фирдаус Кабиров: (смеется) — Внешность часто обманчива. А камазовский руль я кручу столько лет, что он мне кажется «легковым». И вообще, нынешний Дакар показался мне даже легким, я вполне смог бы проехать еще несколько этапов. Вот к чему никак не могу привыкнуть, так это к боковым перегрузкам. Сидишь в спортивном сиденье, зажатый ремнями и боковыми поддержками для плеч. Когда машина прыгает, ты этого ждешь, группируешься заранее. Но когда начинаются боковые перемещения, этот момент не уловить. Тогда голова мотается с боку на бок, вот-вот оторвется. Но штурману и механику и того хуже: Сергей Савостин сравнил эти ощущения с избиением, причем ногами.

Победы российских гонщиков в баталиях Кубка мира и на Дакарах стали костью в горле не только у соперников, но и у организаторов. Правдами и неправдами они пытались избавиться от гегемонии КамАЗа на трассах. И нашли, как им казалось, кардинальное решение: запретили среднемоторную компоновку — двигатель расположен не спереди, как обычно, а внутри базы автомобиля. Надеялись хотя бы пару лет не видеть россиян на марафонских трассах. Но на КамАЗе нашли адекватный ответ: в кратчайшие сроки создали «боевую» машину классической компоновки. На торжественном собрании в ДК «КамАЗа» говорили много добрых слов в адрес победителей. А пятерым из них — Семену Якубову, Владимиру Чагину, Сергею Савостину, Фирдаусу Кабирову и Айдару Беляеву — от имени Госкомспорта вручили знаки и удостоверения Заслуженных мастеров спорта России. Руководитель команды Семен Якубов получил также звание Заслуженного тренера России, став, таким образом, единственным в отечественном автоспорте обладателем столь высоких отличий.